Возмездие


    Знаменитая виртуальная вселенная "Mass Effect" обрела литературное воплощение. Впервые на русском языке новый роман цикла новеллизаций - "Возмездие"!
    Преступная группировка "Цербер", возглавляемая загадочным Призраком, как и положено мафии, не прощает отступников. Пол Грейсон, надежно спрятав дочь, скрывается на станции Омега, внедрившись в организацию Арии Т'Лоак, Королевы Пиратов. Омега, расположенная в Граничных системах, издавна служила пристанищем авантюристам и беглецам со всей Галактики, и лучше места, чтобы спрятаться, не придумаешь. Но агенту "Цербера" удается выследить Грейсона.
    Похитив своего бывшего сотрудника с Омеги, Призрак решает сделать его объектом эксперимента, который превратит Грейсона в марионетку Жнецов - чудовищных разумных машин, грядущих из глубин космоса, чтобы уничтожить человечество.

Дрю Карпишин
ВОЗМЕЗДИЕ

    Моей жене, Дженнифер.
    Спасибо, что была все это время рядом со мной.
    Благодаря тебе я мог следовать за своими фантазиями и делиться ими.
    Еще раз хочу выразить глубокую признательность всей команде студии "Bio Ware", упорно работавшей над проектом "Mass Effect". Без их непрестанных усилий и безграничной самоотверженности проект не смог бы осуществиться.
    Кроме того, не могу не поблагодарить и всех поклонников "Mass Effect", проявляющих такую заинтересованность в нашей работе. Если бы не их поддержка, у нас бы ничего не получилось.

ПРОЛОГ

    Призрак сидел в кресле, задумчиво глядя на обзорный экран, занимающий всю стену его святая святых - рабочего кабинета.
    Он разместил свой командный пункт на безымянной космической станции, находящейся сейчас в системе красного гиганта М-класса. Край огненного шара заполнял нижнюю половину экрана, и в его сиянии звезды превращались в блеклые, едва различимые точки. Гигант вступал в последнюю стадию своего существования, длящегося уже шесть миллиардов лет, и приближался к грандиозному заключительному акту, когда должен будет сжаться, превратиться в черную дыру и поглотить всю звездную систему. Планеты и луны, когда-то порожденные им самим, непреодолимой силой гравитации затянет в темную ненасытную утробу, образовавшуюся на месте его гибели.
    В этом зрелище сконцентрировалась вся сущность Вселенной, как ее понимал Призрак. Оно было величественно, прекрасно и трагично. Жизнь внезапно возникает в любом мало-мальски пригодном месте Галактики, в самых невообразимых формах, и лишь затем, чтобы погибнуть в мгновение ока - такого вот космического ока.
    Но Призрак не позволит, чтобы подобное произошло с человечеством.
    - Выключить обзор, - скомандовал он, и стена сделалась непрозрачной, оставив его в одиночестве в небольшой темной комнате. - Свет, - приказал он, и тут же вспыхнули расположенные под потолком панели освещения.
    Он развернулся в кресле спиной к экрану и взглянул на стоящий в центре помещения голографический проектор для приема внешних вызовов. Прибор создавал настолько качественное трехмерное изображение собеседника, что казалось, будто тот находится здесь же, в кабинете. Сам Призрак, конечно, тоже был виден, но аппарат был настроен таким образом, что показывал его на фоне обзорного экрана. Вернее, на фоне того грандиозного астрономического объекта, возле которого располагалась в данный момент станция: смелое и эффектное визуальное решение, выгодно подчеркивающее тот образ, что он заботливо создавал себе все эти годы.
    Призрак захотел слегка промочить горло. Но не тем синтетическим, инопланетного производства пойлом, какое бармены по всей Галактике подсовывают доверчивым простакам. Он желал чего-нибудь натурального, подлинного.
    - Бурбон, - громко распорядился Призрак. - Неразбавленный.
    Несколькими секундами позже дверь в дальнем углу кабинета скользнула в сторону, и одна из его сотрудниц - высокая эффектная брюнетка - вошла с пустым стаканом в одной руке и бутылкой в другой. Каблучки бойко застучали по мраморному полу, узкая черная юбка не помешала легко справиться с отделявшим ее от шефа расстоянием.
    Она не улыбнулась и не произнесла ни слова, когда передавала ему стакан, держась подчеркнуто профессионально. Затем протянула и бутылку, ожидая его одобрения.
    - "Джим Бим Блэк, - с удовлетворением прочитал Призрак, - зарегистрированная торговая марка, высшая степень очистки, произведено в Кентукки". На три пальца, - сказал он, соглашаясь с ее выбором.
    Брюнетка наполнила стакан чуть больше чем наполовину и ждала новых распоряжений.
    Как обычно, первый глоток унес Призрака в воспоминания о незатейливой юности. Он наслаждался ароматом, испытывая приступ тоски по тем далеким безмятежным дням, когда был заурядным человеком, типичным представителем земной элиты - богатым, благополучным, наивным. Еще до того, как он организовал "Цербер", до того, как стал Призраком, самопровозглашенным защитником человечества, до того, как Альянс вместе со своими инопланетными союзниками из Совета Цитадели объявили его террористом.
    До появления Жнецов.
    Из всех врагов, имеющихся у людей в известной части Вселенной, из всех опасностей, которые могут однажды уничтожить человечество, ни одна не может сравниться с этой угрозой, затаившейся в глубине темного пространства за пределами Галактики. Жнецы были разумными механизмами, огромными, похожими на космические корабли, полностью лишенными чувств и эмоций - и невероятно жестокими. На протяжении тысячелетий - а возможно, и дольше - они следили за тем, как развиваются человеческая и многие другие цивилизации, ожидая удобного момента, чтобы прийти и уничтожить всю органическую жизнь в Галактике.
    Однако, несмотря на смертельную угрозу, которую они представляли, большинство людей ничего не знало о Жнецах. Совет засекретил информацию о нападении на Цитадель, скрывал факты и свидетельства, пытаясь таким образом предотвратить распространение паники на всю Галактику. И конечно же, Альянс, эта ручная собачонка новых инопланетных хозяев, покорно следовал за ним. Ложь пробралась так глубоко, что даже сами могильщики правды со временем убедили себя в том, что Жнецы - всего лишь миф. Слишком тупые и безвольные, чтобы осознать ожидающую их страшную участь, они продолжали заниматься обычными, повседневными делами.
    Один лишь Призрак решился бороться с нависшей над человечеством смертельной опасностью, и эта борьба стала смыслом всей его жизни.
    Когда Альянс повернулся спиной к гибнущим человеческим колониям в Граничных системах, "Цербер" развернул свои знамена. Им даже удалось переманить на свою сторону капитана Шеппарда - величайшего героя Альянса, - чтобы тот помог раскрыть тайну. И то, что разузнал Шеппард, потрясло Призрака до глубины души.
    Легким кивком он отпустил сотрудницу, и та, снова простучав каблучками, вышла, оставив его наедине с мрачными мыслями.
    Сделав еще один глоток, Призрак поставил стакан на подлокотник кресла. Затем достал из нагрудного кармана длинный, тонкий серебряный портсигар, с небрежным изяществом, выработанным многолетней практикой, одним слитным движением откинул крышку, извлек сигарету и снова захлопнул крышку. Портсигар вернулся обратно в карман, а вместо него в руке появилась массивная черная зажигалка. Привычно шевельнулся большой палец, заклубился легкий дымок прикуренной сигареты, и зажигалка тоже исчезла.
    Призрак медленно, глубоко затянулся, задержав дым в легких. Курение на протяжении многих веков оставалось частью земной культуры, своеобразным ритуалом, общим для всех цивилизованных народов Земли. Неудивительно, что эту привычку человек принес с собой и в космос. Различные сорта табака стали важной статьей экспорта для многих колоний, и не только населенных людьми.
    Кое-кто даже имел наглость утверждать, будто бы саларианский табак, получаемый из генетически измененного листа, превосходит любые земные сорта. Однако сам Призрак, как и в случае с виски, предпочитал свое, родное. Его любимые сигареты производились из табака, выращенного на обширных полях в самом сердце Южной Америки, одного из немногих сохранившихся и по сей день аграрных регионов Земли.
    В двадцать втором столетии люди уже не беспокоились, что курение может навредить их здоровью, развитие медицины и фармакологии позволило победить такие болезни, как рак легких. Хотя некоторые по-прежнему питали глубокое, врожденное отвращение к этому занятию. Принятый в середине двадцать первого века закон, запрещающий употребление табака, все еще действовал в некоторых странах. Многие видели в сигарете отвратительный символ беспринципности и преступности корпораций, не считающихся с гибелью миллионов людей в погоне за прибылью.
    Однако для Призрака курение значило совсем иное. Вкус табака на языке, приятное щекотание в горле и легких, теплая волна, распространяющаяся по всему телу, приносящая освобождение от повседневных забот и нервного напряжения - двух основных составляющих человеческого бытия. Курение для него было почти священнодействием, маленьким праздником, особенно теперь, когда над человечеством нависла смертельная угроза.
    "Дело - табак, - вспомнил он старинное выражение. - Кури, пока есть возможность, потому что вряд ли кто-нибудь из нас доживет до завтра".
    Призрак еще несколько раз затянулся, погасил окурок в пепельнице, вмонтированной в подлокотник кресла, и снова глотнул виски.
    Какими бы мрачными ни были перспективы, он не собирался впадать в отчаяние. Он привык смотреть в глаза опасности, и этот случай не был исключением.
    Капитан Шеппард установил, что земные колонисты похищены Коллекционерами, таинственной инопланетной расой, беспрекословно исполняющей приказы Жнецов. Затаившиеся в глубинах космоса, эти разумные машины все же ухитрялись каким-то образом руководить своими приспешниками, несмотря на разделявшие их миллионы световых лет. Выполняя приказ хозяев, Коллекционеры захватили людей и переправили их на свою родную планету, расположенную где-то в ядре Галактики. Там похищенные подвергались генетической трансформации и превращались в органическое сырье для ужасного эксперимента по созданию нового Жнеца.
    Шеппард с помощью "Цербера" разрушил их планы. Но Призрак знал, что Жнецы на этом не остановятся. Человечество должно изучить своих непримиримых и безжалостных врагов, чтобы подготовиться к их неизбежному возвращению, определить их слабые и сильные стороны, найти и научиться использовать уязвимые места.
    "Церберу" удалось по крупицам воссоздать фрагменты технологии Коллекционеров. Уже началось строительство установки для первых, осторожных опытов по ее использованию. Однако в конечном итоге есть только один способ получить необходимые сведения: самим повторить эксперименты Коллекционеров над живыми людьми.
    Призрак прекрасно сознавал всю чудовищность таких планов, но вопросы этики и морали отходили на второй план, когда речь шла о выживании человеческого рода. Не миллионы похищенных, а всего лишь горсточка тщательно отобранных мучеников, принесенных в жертву ради защиты и сохранения всего человечества.
    Планы по продолжению экспериментов Коллекционеров разрабатывались в строжайшем секрете, без ведома и одобрения Шеппарда. Союз между "Цербером" и знаменитым героем оказался непрочным, ни одна из сторон полностью не доверяла другой. Возможно, в будущем они и смогут работать вместе, но пока Призрак рассчитывал только на собственных агентов.
    Негромкий мелодичный звонок сообщил ему о том, что поступил вызов от одного из таких сотрудников.
    - Включить экран, - скомандовал Призрак, садясь в кресло и сосредоточив внимание на голопроекторе.
    Свет потускнел автоматически, как только стена за спиной сделалась прозрачной. Умирающее солнце вновь заполнило кабинет оранжево-красным сиянием.
    - Прием, - приказал Призрак, и перед ним возник образ Кая Лэнга.
    Как и большинство землян, этот мужчина был продуктом общемировой культуры. Его китайское происхождение проявлялось в темном цвете глаз и волос, но строение носа и подбородка ненавязчиво подсказывало о присутствии в его родословной также славянских корней.
    - Мы нашли его, - доложил Кай Лэнг.
    Не было нужды уточнять, о ком он говорит. Лучший киллер "Цербера" вот уже почти три года шел по одному следу.
    - Где? - спросил Призрак.
    - На Омеге.
    Мускулы на жилистой шее Кая Лэнга напряглись, когда он произносил это слово, - непроизвольная, но объяснимая реакция. Космическая станция Омега олицетворяла собой все, что "церберы" ненавидели и презирали в инопланетянах: неуважение к закону, варварскую дикость и звериную жестокость. Кай Лэнг повернул голову, и стала видна татуировка на шее: змея, заглатывающая свой хвост.
    Уроборос обычно символизирует бесконечность, но Призрак знал и о другом, тайном смысле этого символа: самоуничтожение. Это был и его собственный путь, такой же вечный.
    "Цербер" обратил внимание на Кая Лэнга десять лет назад, освободив его из тюремного лагеря Альянса. Призрак внимательно изучил досье потенциального новобранца: космодесантник из спецотряда номер семь был арестован за то, что, находясь в увольнении, убил крогана в обычной барной потасовке.
    Альянс, в назидание другим, сурово наказал бывшего лейтенанта: разжаловал в рядовые и приговорил к двадцати годам заключения в военной тюрьме. Послужной список Кая Лэнга, подтвердивший его неуживчивый, вспыльчивый нрав и предвзятое отношение к инопланетянам, не способствовал смягчению приговора. Но для Призрака эта склонность к ксенофобии как раз и была лучшей характеристикой. А если добавить тот факт, что землянин справился с кроганом при помощи одного лишь стандартного армейского ножа, становилось ясно, что организация пополнилась еще одним ценным сотрудником.
    За десять лет, с тех пор как "Цербер" устроил ему побег, Кай Лэнг стал одним из лучших специалистов по мокрым делам. Но не просто безжалостным убийцей. Он понимал, что необходимо соблюдать осторожность, и научился планировать и приводить в исполнение весьма сложные и тонкие операции.
    И сейчас, когда агент обнаружил цель, Призрак поначалу хотел отдать ему приказ о ликвидации, но затем в голову пришла другая идея. Им ведь требуются люди для проведения эксперимента, так почему бы не убить одним выстрелом двух зайцев?
    - Привези его ко мне, - распорядился он. - Живьем. И проверь, хорошо ли замел следы.
    - Я всегда работаю чисто, - гордо напомнил Кай Лэнг.
    Удовлетворенный ответом Призрак пробормотал: "Выключить", и голографическое изображение агента дрогнуло, а затем исчезло.
    Он откинулся на спинку кресла, небрежно покрутил стакан в руке, взбалтывая оставшуюся на дне жидкость, и одним долгим, жадным глотком допил ее.
    "Долго же мне пришлось тебя ждать, Грейсон! - подумал он, и эта мысль была намного веселее тех, что одолевали его всего минуту назад. - Но, надеюсь, оно того стоило".

ГЛАВА ПЕРВАЯ

    Пол Грейсон знал, что Призрак все еще разыскивает его. Прошло почти три года с того дня, когда он предал "Цербер" ради спасения дочери. Но он понимал, что охота за ним не прекратится и через тридцать лет.
    Разумеется, он сменил имя: нет больше Пола Грейсона, теперь он стал Полом Джонсоном. Но это только видимость защиты, она не поможет, если кто-нибудь из агентов Призрака отыщет его биометрическую карту. А эти агенты были повсюду.
    Со дня основания "Цербер" имел осведомителей практически на каждой планете Альянса. Во всем Пространстве Цитадели трудно отыскать место, где он мог бы укрыться, не опасаясь, что в один прекрасный день они все-таки отыщут его след. И поэтому он сбежал на Омегу.
    Призраку никогда не удастся прочно закрепиться на этой гигантской космической станции, фактически являющейся столицей Граничных систем. Радикальная прочеловеческая политика "Цербера" была слишком хорошо известна инопланетным хозяевам станции - военачальникам, диктаторам, главарям преступных группировок, и появление на Омеге агентов Призрака было бы для них крайне нежелательно. Даже если кто-то и заподозрит, что Пол прячется именно здесь, добраться до него будет непросто.
    Грейсон видел некую иронию судьбы в том, что полученные за годы службы в "Цербере" навыки шпиона и киллера так пригодились в его новой жизни на Омеге. С той лишь разницей, что раньше он учился убивать инопланетян, а теперь стал наемным убийцей у них на службе.
    - Мы напрасно теряем время, - проворчал Санак, положив рядом с собой снайперскую винтовку. Он заворочался в скафандре, пытаясь поудобнее устроиться между штабелями контейнеров, которые они с Грейсоном выбирали для укрытия.
    Свое оружие Пол держал наготове, направив на корабль, стоящий на другом краю погрузочной площадки. Он чувствовал, как старательно его батарианский партнер избегал даже случайного легкого прикосновения к нему, когда занимал позицию.
    - Будем ждать сообщения от Лизелль, - упрямо ответил землянин.
    Батарианец повернулся и уставился всеми четырьмя глазами на скорчившегося рядом с ним человека. Верхняя пара глаз при этом мигала, а нижняя замерла в каменной неподвижности.
    - Ты всегда чего-то дожидаешься, человек, - сердито рыкнул он. - И это - признак слабости.
    - Это - признак разумности, - огрызнулся Грейсон. - Именно поэтому меня и назначили старшим.
    Санак признавал лишь один способ решения проблем: очертя голову ринуться в драку, и работать с ним временами было непросто. Да и его тотальная неприязнь к людям, как и закоренелое недоверие Грейсона к батарианцам, тоже не шла на пользу делу.
    Взаимоотношения этих двух рас также не сложились. Человечество сразу после появления на галактической сцене начало стремительно развиваться, вытесняя батарианцев из Скиллианского Предела. Те предприняли ответные жесткие меры, быстро переросшие в войну между двумя народами - войну, в которой батарианцы потерпели поражение. И теперь они превратились в изгоев цивилизованного космоса, тех, кого стараются не замечать, к кому относятся с подозрением.

стр. 1,2,3 ... 25,26,27 След.

Книги
Архив файлов
На главную

waplog

0.043 сек
SQL: 2