Буря Жнеца. Том 2


    Неспокойно в Летерийской империи. Рулад Сэнгар, Император Тысячи Смертей, попал под демоническую власть своего колдовского меча, который дарит ему бессмертие. Тайная полиция Патриотистов начинает чистки среди подданных. Пророки больше не могут видеть грядущее. Дворец полон заговорщиков, чиновники коррумпированы, и ими движут только личные интересы. Старая Империя на грани войны с окружающими королевствами, которые не забыли давние обиды.
    Великий флот эдур приближается к берегам древнего государства. Он несет бесчисленную армию со всех концов света. Среди них – два легендарных падших бойца, жаждущих скрестить мечи с проклятым Императором лично.
    Кровопролитие в таких масштабах не останется без ответа и может изменить судьбу мира. Брутальный роман о войне, интригах и темной, неконтролируемой магии. Самая захватывающая эпическая фэнтези, которую можно себе вообразить.

Стивен Эриксон
Буря Жнеца. Том 2

    © А. Андреев, М. Молчанов, П. Кодряной, перевод на русский язык, 2018
    © Издание на русском языке, оформление. ООО "Издательство "Эксмо", 2019
* * *
    Глену Куку


Список персонажей

Летери

    Тегол Беддикт, нищий горожанин
    Бугг, слуга Тегола
    Шурк Элаль, вольная пиратка
    Скорген Кабан, первый помощник Шурк
    Ублала Панг, безработный тартенал-полукровка
    Ормли, член гильдии крысоловов
    Рукет, главный следователь гильдии крысоловов
    Карос Инвиктад, куратор Патриотистов
    Танал Йатванар, личный помощник Кароса
    Раутос Хиванар, магистр Свободного попечительства торговцев
    Венитт Сатад, главный полевой агент Раутоса
    Трибан Гнол, канцлер Новой империи
    Нисалл, первая наложница старого императора
    Джаналл, свергнутая императрица
    Турудал Бризад, бывший консорт
    Джанат Анар, политзаключенная
    Сиррин Канар, дворцовый стражник
    Бруллиг (шайх), номинальный правитель Второго девичьего форта
    Йедан Дерриг (Дозорный)
    Орбин "Правдолов", командир секции Патриотистов
    Летур Аникт, управитель Дрена
    Биватт, атри-преда Восточной армии
    Пернатая ведьма, летерийка, рабыня Урут

Тисте эдур

    Рулад, правитель Новой империи
    Ханнан Мосаг, седа империи
    Урут, мать императора и жена Томада Сэнгара
    К’риснан, колдуны императора
    Брутен Трана, эдур, придворный
    Брол Хандар, наместник востока в Дрене

Появляются с флотом эдур

    Йан Товис (Сумрак), атри-преда летерийской армии
    Варат Тон, ее лейтенант
    Таралак Вид, грал, агент Безымянных
    Икарий, оружие Таралака
    Хандари Кхалаг, военачальник тисте эдур
    Томад Сэнгар, отец императора
    Самар Дэв, ученая и ведьма из Семи городов
    Карса Орлонг, воин тоблакаи
    Таксилиец, переводчик

Оул’даны

    Красная Маска, вернувшийся изгнанник
    Масарк, воин из клана ренфайяров
    Хадральт, вождь клана гейнтоков
    Саг’Чурок, телохранитель Красной Маски
    Гунт Мах, телохранительница Красной Маски
    Торант, меднолицый
    Натаркас, меднолицый

Беглецы

    Сэрен Педак, летерийка, аквитор
    Фир Сэнгар, тисте эдур
    Кубышка, летерийка, сирота
    Удинаас, летериец, беглый раб
    Сушеный, дух-призрак
    Силкас Руин, Взошедший тисте анди

Убежище

    Улшун Прал, имасс
    Руд Элаль, приемный найденыш
    Хостиль Ратор, т’лан имасс
    Тил’арас Бенок, т’лан имасс
    Гр’истанас Иш’илм, т’лан имасс

Малазанцы

    Охотники за костями
    Тавор Паран, командующая Охотниками за костями
    Лостара Йил, помощница Тавор
    Кенеб, Кулак Охотников за костями
    Блистиг, Кулак Охотников за костями
    Фарадан Сорт, капитан
    Мадан’тул Рада, лейтенант Фарадан Сорт
    Свищ, приемный сын Кенеба
    Клюв, маг, подчиненный капитана Фарадан Сорт

    8 легион, 9 рота
    4 взвод
    Скрипач, сержант
    Битум, капрал
    Корик, сэтиец-полукровка, морпех
    Улыбка, морпех
    Спрут, сапер
    Флакон, взводный маг
    Корабб Бхилан Тэну’алас, солдат
    5 взвод
    Геслер, сержант
    Ураган, капрал
    Песок, морпех
    Курнос, тяжелый пехотинец
    Смекалка, тяжелый пехотинец
    Уру Хэла, тяжелый пехотинец
    Поденка, тяжелый пехотинец
    7 взвод
    Шнур, сержант
    Осколок, капрал
    Хромой, морпех
    Эброн, взводный маг
    Хруст (Джамбер Валун), сапер
    Синн, маг
    8 взвод
    Хеллиан, сержант
    Неженка, капрал 1
    Дохляк, капрал 2
    Бальгрид, взводный маг
    Тавос Понд, морпех
    Может, сапер
    Мазок, взводный целитель
    9 взвод
    Бальзам, сержант
    Смрад, капрал
    Горлорез, морпех
    Гальт, морпех
    Лоуб, морпех
    Непоседа, взводный маг
    12 взвод
    Том Тисси, сержант
    Тульпан, капрал
    Скат, тяжелый пехотинец
    Джибб, средний пехотинец
    Гнойник, средний пехотинец
    Врун, средний пехотинец
    Беллиг Харн, тяжелый пехотинец
    13 взвод
    Урб, сержант
    Рим, капрал
    Масан Гилани, морпех
    Таз, тяжелый пехотинец
    Ханно, тяжелый пехотинец
    Лизунец, тяжелый пехотинец
    Воришка, тяжелый пехотинец
    8 легион, 3 рота
    4 взвод
    Правалак Римм, капрал
    Милый, сапер
    Шелковый Шнурок, сапер
    Мелкий, тяжелый пехотинец
    Затылок, тяжелый пехотинец
    5 отделение
    Бадан Грук, сержант
    Драчунья, морпех
    Худышка, моряк
    Неп Хмурый, маг
    Релико, тяжелый пехотинец
    Большой Простак, тяжелый пехотинец
    10 отделение
    Примли, сержант
    Охотник, капрал
    Малван Трус, маг
    Неллер, сапер
    Мертвоголов, моряк
    Молния, тяжелый пехотинец

Другие

    Банашар, последний жрец Д’рек
    Вифал, оружейник мекросов
    Сандалат Друкорлат, тисте анди, жена Вифала
    Нимандр Голит, тисте анди, потомок Аномандра Рейка
    Фейд, тисте анди, потомок Аномандра Рейка
    Кердла, дух в теле тощей рептилии
    Телораст, дух в теле тощей рептилии
    Онрак, т’лан имасс, развязанный
    Трулл Сэнгар, тисте эдур, отступник
    Бен Адаэфон Делат, маг
    Менандор, одиночница (сестра Рассвет)
    Шелтана Лор, одиночница (сестра Сумерки)
    Сукул Анхаду, одиночница (сестра Пятнистая)
    Кильмандарос, Старшая богиня
    Чик, тисте анди
    Котильон, Узел, бог-покровитель убийц
    Эмрот, разбитая т’лан имасс
    Вал, привидение
    Старый дед Эрбат, тартенал
    Умница, бывшая заключенная
    Коротышка, бывшая заключенная
    Пулли, ведьма шайхов
    Сквиш, ведьма шайхов

Книга третья. Костяшки души

Осквернив
зверя, что в глубине
наших душ,
мы его кроткий взгляд,
столь невинный,
приучаем ко злу –
пусть сидит
в клетке наших грехов.
Я возьму
в свои руки судьбу,
чтоб вернуть
зверю веру в людей.
Разобью
цепи, что не дают
прочь бежать.
Зверь убьет, защищаясь,
мы убьем,
потому что хотим.
С наших рук
нам не смыть эту кровь,
чистоту
помыслов не вернуть.
Мрачный взгляд
волчьих глаз на лице
у тебя.
Этим ра́знимся мы,
и в душе
вместе зверь мой и я.
Не понять,
кто – ведет, кто – ведом.
Спроса нет
с невинно заблудших.
"Пес в переулке"
"Признания"
Тибал Фередикт

Глава тринадцатая

    Мы, потерпевшие кораблекрушение, собрались на остатках палубы и киля, затем спустились в изломанный остов. Ночной шторм развеялся по ветру.
    Вокруг меня шептали молитвы, жестами отгоняли всякие беды, как тому приучили всех с детства, надо полагать. Сумей я вспомнить свои младые лета, мне бы тоже пришло в голову изображать что-то подобное.
    Так что мне оставалось лишь смотреть, как крабы сгребают в кучу крошечные скелетики. То были хвостатые бесы с человеческими лицами, ястребиными когтями и множеством непонятных украшений, подчеркивавших залитое солнцем уродство.
    Неудивительно, что в тот день я зарекся ходить в море. Шторм и разбитый корабль подняли нечестивое воинство и, вне всякого сомнения, еще больше были готовы обрушиться на этот проклятый остров.
    И самое неприятное наблюдение из всех принадлежало все-таки мне: "Видимо, не всем бесам дано летать".
    Вот только было ли все это поводом лишить себя глаз?

    – Тобор-Слепец из Предела.

    – Вот, друзья, наконец-то хоть одна красотка.
    – Странные у вас вкусы.
    – Это почему еще, а, грязный гробокопатель? Одного в толк не возьму: почему такие всегда ошиваются в компании безнадежных уродов? Достаточно поманить, и за ней любой бы пошел. Даже я. Так нет ведь, уселась с этим хромым, одноруким, одноухим, одноглазым, безносым… И как его земля только носит?
    Третий их товарищ, еще не сказавший ни слова, незаметно покосился на старшего: спутанные волосы, торчащие веслами уши, выпученные глаза, пегие пятна – следы от огня – и лицо, напоминающее раздавленную тыкву. Горлорез быстро отвел взгляд. Не хватало еще расхохотаться, а смех у него в последнее время был визгливый и жутковатый, вгонявший окружающих в оцепенение.
    Не припомню, чтобы когда-либо издавал подобные звуки. Аж самому не по себе. Впрочем, пришлось же ему хлебнуть масляного пламени, вот горло и не выдержало. К счастью, проявлялось это, только когда Горлорез смеялся, а в последние месяцы – после тех… событий – поводов для веселья почти не было.
    – А вот и тавернщик, – заметил Смрад.
    По-малазански здесь никто не говорил, так что они втроем могли сколько угодно обсуждать всех и вся.
    – Ага, еще один слюни пускает, – осклабился сержант Бальзам. – А она с кем сидит? Худ меня побери, ничего не понимаю.
    Смрад навалился на стол и медленно наполнил себе кружку.
    – Они – доставка. Видите тот бочонок? Это для Бруллига. Похоже, кроме красавчика и мертвой девки, других добровольцев не нашлось.
    Глаза Бальзама выпучились еще сильнее, чем были от природы.
    – Мертвая! Чего ты городишь, Смрад? Знаешь, кто мертвый? Гнилой червяк у тебя в штанах, вот кто!
    Горлорез посмотрел на капрала.
    – Странные у вас вкусы.
    Он сдавленно булькнул, отчего оба спутника поморщились.
    – А ты-то какого Худа ржешь? – строго спросил Бальзам. – Не сметь. Это приказ.
    Горлорез больно прикусил язык. В мозгу кольнуло, глаза заволокли слезы. Он молча замотал головой. Я? Ржу?
    Сержант снова буравил взором Смрада.
    – Мертвая, говоришь? А по виду и не скажешь.
    Капрал отхлебнул эля. Рыгнул.
    – Зуб даю. Эта девка уже порядочно мертва, пусть и умело скрывает.
    Бальзам склонился над столом и стал расчесывать пальцами колтун на голове. На темное дерево посыпались белые хлопья.
    – Нижние боги, – прошептал он. – Может, ей того… это… ну, сказать?
    Смрад вскинул выгоревшие брови.
    – Ага… Кхм, прошу простить, госпожа, но ради такой внешности и умереть не жалко. Вот вы, кажется, уже?
    Горлорез снова булькнул.
    – Госпожа, а что, красивый парик и дорогой грим вправду всё скрывают? – продолжал капрал.
    Горлорез издал хлюпающий звук.
    Посетители стали оглядываться.
    Смрад глотнул еще эля. Он входил во вкус.
    – Просто, знаете, вы никак не похожи на мертвеца.
    Раздался визгливый, с присвистом смех.
    Когда он смолк, в общем зале таверны повисла тишина, только громыхнула упавшая на пол кружка.
    Бальзам уставился на Смрада.
    – Доигрался. Всё неймется. Еще одно слово, капрал, и, клянусь, ты будешь мертвее, чем она.
    – Чем это пахнет? – спросил Смрад. – Ну да, верно. Разложение вызывает возбуждение.
    Щеки Бальзама надулись, лицо приобрело какой-то лиловатый оттенок. Пожелтевшие глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит.
    Горлорез зажмурился, но глаза слишком хорошо запечатлели сержантскую рожу. Он прыснул, зажал рот руками и беспомощно огляделся.
    Никто из посетителей так не произнес ни слова, все уставились на троицу. Даже красотка, которую сопровождал калечный олух, и сам олух, сверкавший единственным глазом из-под насупленных бровей, так и замерли рядом с бочонком эля. Тавернщик, который его принес, тоже разинув рот смотрел на Горлореза.
    – Ну, теперь нас точно перестанут бояться, – подытожил Смрад. – Надеюсь, индейки тут не водятся, а то Горлица пошел исполнять брачные песни. А вам, сержант, будто голову "руганью" начинили – вот-вот взорвется.
    – Это всё из-за тебя, скотина! – прошипел Бальзам.
    – А вот и нет. Я, как видите, спокоен. Хоть, увы, компания у меня подобралась так себе.
    – Хорошо, катись отсюда. Худом клянусь, Гилани даст фору этой…
    – Вот только она живая, сержант. А значит, не в вашем вкусе.
    – Я же не знал!
    – Весьма жалкое оправдание, не находите?
    – Погоди, Смрад, – вмешался Горлорез, тыкая пальцем в капрала. – Я-то ее тоже не раскусил. Еще одно доказательство, что ты треклятый некромант. И не надо тут изображать удивление, нас больше не проведешь! Ты всё знал, потому что чуешь мертвецов, их трупный смрад. И имечко какое подходящее. Бьюсь об заклад, Смелый Зуб не зря тебе его дал – уж он-то людей насквозь видит!
    В таверну понемногу возвращалась жизнь, но теперь разговоры сопровождались суеверными жестами. По грязному полу заскрипели стулья, и группка местных незаметно просочилась на улицу.
    Смрад пил эль и молчал.
    Мертвая девка и ее спутник, с трудом удерживающий равновесие с бочонком на плече, направились к выходу.
    – Уходят, – буркнул Бальзам. – А мы, как всегда, в меньшинстве.
    – Не бойтесь, сержант, всё под контролем, – сказал Смрад. – Если, конечно, хозяин не решит составить им компанию…
    – И пожалеет, – отозвался Горлорез.
    Он встал и застегнул армейский дождевик.
    – Везет вам, будете насиживать тут задницы в тепле. А снаружи, между прочим, мерзко и холодно.
    – Заношу выговор за нарушение субординации, – проворчал Бальзам и постучал себе по лбу. – Вот сюда.
    – Ну, тогда не страшно, – сказал Горлорез и вышел из таверны.

    Шайх Бруллиг, тиран Второго Девичьего форта и будущий король Острова, развалилился в высоком кресле, которое раньше принадлежало тюремному надзирателю, и исподлобья глядел на двоих чужеземцев, что сидели за столом у входа в покои. Они играли в очередную дурацкую игру: костяшки, какая-то продолговатая деревянная миска и выщипанные вороньи перья.
    – Два отскока, и выигрыш мой, – сказал один солдат.

стр. 1,2,3 ... 78,79,80 След.

Книги
Архив файлов
На главную

waplog

0.041 сек
SQL: 2